Skip to main content

Пес у дороги, Или Почему рыжие победят

№08 (1711) 27.01.2011

История о собаке, ждущей хозяина на сотом километре шоссе Алапаевск—Нижний Тагил, стала известной в середине осени, когда появилась заметка в одной из городских газет.


Со второй половины августа нынешнего года на подъезде к Новоасбесту со стороны города все проходящие машины провожал внимательным взглядом стоящий на обочине пес. Он выходил к дороге независимо от погоды, как на работу, и целый день встречал и провожал автомобили. Его не привлекала ни расположенная рядом автозаправка, ни находящийся по соседству жилой квартал поселка. Пес был на посту, а службу оставлять нельзя.

Собачья преданность не могла не вызвать соучастия. Перед бессменным часовым тормозили машины, но лишь стоило открыться дверце, собака исчезала в лесу. Несколько раз я пытался сфотографировать пса, по экстерьеру напоминающего небольшого терьера, но с развесистыми ушами — верной приметой «дворянской» породы. Уши заканчивались как бы кисточками или колокольчиками, которые еще больше подчеркивали домашность собаки. Но хозяева все не объявлялись. Правда, в тех машинах, где за рулем оказывались не просто водители, а люди, они исправно тормозили при виде пса и выкладывали в траву разные собачьи вкусности.

Между тем впереди была зима. Оставалась надежда, что собаку попросту потеряли дачники или грибники, поэтому в городской газете появилось объявление «Пес ищет хозяина». Было несколько звонков от людей, которые потеряли собак. Звонили даже те, кто пережил это несчастье в прошлом году и ранее. Но «портрет» дорожного часового на сотом километре никак не совпадал с описаниями звонивших.

Уже после серьезных заморозков, но еще до снега, как-то вечером раздался телефонный звонок. Человек назвался Славой, сказал, что часто ездит в дачный дом в Краснополье и постоянно видит ждущую кого-то на обочине собаку. Понятно, что Слава тоже оказался в команде поддержки преданного пса — поставил его на довольствие вместе с четырьмя собаками, которые ждут его в старинном уральском селе. Сам отставной военный, Слава был бы не прочь забрать к себе бессменного часового, но осторожный пес держал дистанцию и убегал, как только глох мотор.

Затем выпал первый снег. Понятно, что мы со Славой обсудили это судьбоносное событие. Мой собеседник сказал, что по следам сейчас можно найти логово или другое убежище нашего общего четвероногого знакомого. «Сена, может быть, ему мешок-другой привезти?» — рассуждал Слава.

А снег все валил и валил, словно спешил выполнить план за бесснежные предыдущие годы. Сосед-предприниматель Равиль, тоже бывший военный, обстукивая обледеневшие дворники, как-то поутру сообщил новость — псу с обочины кто-то построил в лесу настоящую собачью будку. Равиль с женой тоже регулярно подкармливали удивительного пса, поэтому были в курсе всех новостей с обочины. Казалось, разгадка появления собачьего домика рядом с дорогой лежала на поверхности — это дело добрых славиных рук.

И вот после первого пика холодов я позвонил Славе. Каково же было мое удивление, когда мой собеседник первым делом поделился своим открытием: у пса с обочины появилась добротная новая конура. Причем она поставлена таким образом, чтобы весной ее не затопил паводок и есть хороший обзор на случай непредвиденных обстоятельств.

Принято считать, что хороших людей больше, чем плохих, только плохие лучше организованы. А тут вышло, что хороших людей оказалось гораздо больше, чем мы предполагали, да они оказались еще хорошо организованы. А организовал их всех пес у дороги, потерявший хозяина. Недаром говорят: «Хочешь увидеть свою совесть, взгляни в глаза бездомной собаке».

В последнее время меня не раз останавливали малознакомые люди и начинали рассказывать о том, что «метрах в трехстах от заправки»… Образовалось какое-то удивительное сообщество, объединенное судьбой брошенной собаки. В новогодние праздники, Рождество и святки пса навещали особенно часто. Когда хозяин будки и ее окрестностей удалялся вглубь леса по своим собачьим делам, стая ворон наводила порядок в лесной столовой.

Тема наших январских разговоров со Славой касалась, в основном, братьев наших меньших. Вспомнил он и о коте, которого привез из Абхазии. Бывшая автономная советская республика живет после войны бедно, но гостеприимства не утратила. В лихие годы из сухумского обезьяньего питомника разбежались по субтропическим лесам приматы. Кошки из брошенных беженцами домов одичали, и это возращение в дикую природу начало закрепляться в их потомстве генетически. Так, по крайней мере, считает Слава. Они с женой подобрали в Абхазии котенка, еще слепого, не более недели от роду. Молоко давали из пипетки, потом из соски. В поезде прятали коробку с сокровищем на багажной полке, а кормить выходили в тамбур. В конце концов, проводницы узнали о нарушителе ветеринарного режима, но отнеслись с пониманием — помогли придумать легенду, что, мол, родственники на перроне в Волгограде подарили котенка, а он и не знал, что живность перевозить без специальных документов не положено.

Пошел Слава к начальнику поезда и после разговора все обошлось — горячий абхазский парень семейства кошачьих осчастливил своим присутствием уральских мусек.

Спустя пару часов после разговора со Славой, я открыл «живой журнал» Анастасии Удеревской, и обнаружил там такую запись (привожу ее с разрешения Насти целиком):

«Году в 2002 поехала в Сочи. Там жила в частном секторе, во дворе жили кошка и котята. В дом их не пускали. Все котики были стандартного черно-серого цвета, и один рыжий — даже не рыжий, а недорыжего цвета, ближе к персиковому. И недорыжий был меньше всех, самый дохлый. Поскольку его сестренки были наглые и здоровые, и когда хозяева выносили еду, ему места не хватало возле миски, его девки нагло отпихивали. Поэтому недорыжий никогда не бросался на свежую еду, которую выносили, а гордо стоял в стороне и предпочитал именно в этот момент кушать из другой миски, где была позавчерашняя лапша, непринужденно щипать укроп с грядки, или просто делать вид, что ему все равно.

И это обратило мое внимание.

И в определенный момент я приняла решение его забрать с собой. Решение, безусловно, глупое, поскольку везти его надо было на поезде в плацкарте. И у меня были сомнения. А еще у недорыжего было много жирных черных блох. И они были очень заметны на его белом брюшке. Пришлось купить ему ошейник от блох. И когда его одели, он стал очень важный и ходил возле девок, как бы демонстрируя, какой он крутой, и что его выбрали. А тогда им всем еще не было и месяца. В общем, ходил, пока весь не заблевался, поскольку ошейник от блох был с отравой. И котя чуть не помер, а блохам хоть бы что. Пришлось котю помыть с шампунем и блох мертвых и живых выбирать вручную. И еще, в последнюю ночь перед отъездом, когда я еще не приняла решение — брать или не брать, хозяева разрешили спать ему в доме, на кровати. Я привязала его веревочкой, и он спал, пригрелся утром, и спросонья описался, и прямо на меня. Это и решило его судьбу. Пришлось брать.

И вот он стал таким: здоровым, толстолапым котом».

Кстати, эта запись у Насти в ЖЖ называется «Рыжий». Стоит напомнить, что Анастасия Удеревская — тот самый адвокат, который участвовала в спасении от тюремных уз самого знаменитого «рыжего» 2010 года — Егора Бычкова — недаром пост «Рыжий» стоит у нее в живом журнале на одной странице с видео, где президент Медведев говорит о дилемме насилия и смерти на примере тагильского фонда «Город без наркотиков».

К чему все это, скажет иной читатель: пес у дороги, Егор Бычков, рыжий кот… Хотя кот — понятно, по восточному календарю 2011 год пройдет под знаком этого домашнего животного.

Есть такое выражение: «Врач лечит человека, а ветеринар — человечество». Служители синего креста толкуют эти слова буквально, мол, не будь нас, выкосил бы человечество какой-нибудь ящер или какая другая зараза.

Но это слишком тупо и примитивно. Недаром Сент-Экзюпери говорил, что мы отвечаем за тех, кого приручили. Ветеринары лечат и спасают животных, чтобы мы могли чувствовать себя людьми. Чтобы не стать моральным уродом, ветеринаром в какой-то степени должен быть каждый.

Валерий КЛИМЦЕВ,

Нижний Тагил

novayagazeta.ru