Skip to main content

Каждый выбирает для себя…

Новая газета на Урале" № 31 (1879) 22.03.2012г

Несколько наблюдений за жизнью чиновников

 

Дмитрий Стровский,

профессор департамента журналистики

Уральского федерального университета

strovsky@yandex.ru

 

Меня всегда занимал вопрос, который в последнее время обозначился особенно остро в нашей повседневной жизни: что лежит в основе безропотного подчинения младших по должности чиновников старшим? Это подчинение, как не раз убеждался, куда как сильнее субординации, существующей на любом предприятии, не говоря уже, скажем, о сфере науки и образования.

И четверть века назад, на изломе советского режима, доводилось сталкиваться с подобострастием в чиновничьей среде. Но оно, ей богу, не идет в сравнение с тем, что вижу в последние годы. Нынешние чиновники — поросль лет тридцати-сорока — возможно, чуть осведомленнее своих предшественников по части общей культуры, могут даже поддержать разговор на иностранных языках. Однако эта информированность не дает им «прямой осанки», их фигуры, напротив, нарочито согбенны в форме вопроса, адресованного своим начальникам: чего изволите?

Может, мне упорно не везет на других людей в чиновничьей среде. Может быть… Но те, кого доводится видеть, при каждом случае безропотно сгибаются перед своим шефами, бегут исполнять любые их указивки, даже если последние, мягко говоря, не безупречны. Везде есть ретивые исполнители, но среди чиновников это стремление «выслужиться на все сто» просто-таки зашкаливает. Что за этим: их жуткая боязнь потерять хорошо оплачиваемую работу и, соответственно, драгоценный чиновничий стаж, сулящий изрядную прибавку к «обычной» пенсии? Или привычка по поводу того, что «так положено»? Наверное, и то, и другое.

Совсем недавно мне представилась возможность еще раз понаблюдать за чиновным людом. Это было в дни, когда в Екатеринбург приехал Винсенте Лоссерталес, генеральный секретарь международного комитета по выставкам. Если по-простому, то Лоссерталес — наиболее влиятельный человек среди тех, кто принимает решения, где и когда проводить очередной World Expo — крупнейший выставочный форум в мире. Для справки: Екатеринбург в числе еще четырех городов в мире претендует на проведение в 2020 году этой самой представительной выставки. Удостоиться чести принимать у себя всю планету — дело почетное и необычайно ответственное. Но очень заманчивое, поскольку в этом случае появляется зримая возможность привлечь к месту события гигантские инвестиции и вдохнуть в местные реалии иное качество жизни. Не удивительно, что перед Лоссерталесом у нас расшаркивались на полную катушку.

Я не о гостеприимстве, оно действительно уместно в таких случаях. И потому мне показалось нормальным, что сопровождать парижского гостя в туристическом автобусе вызвались лично областной губернатор А.С. Мишарин и бывший мэр Екатеринбурга А.М. Чернецкий. Однако на этом фоне как-то особенно натужно выглядели действия рядовых сотрудников областной администрации, призванных выполнять протокольную работу. Отчетливо было видно, что ими двигала… смертельная боязнь совершить что-то не то. Один в сердцах высказался, что его «убьют», если начальство вдруг обнаружит, что он хоть на йоту отклонился от утвержденного «сверху» плана действий; другая повторяла, что уточнять с ней, а тем более менять даже незначительные детали уже намеченной программы «бесполезно, потому что решений она не принимает».

Я в этот день выполнял миссию англоязычного гида, которому предстояло провести экскурсию по Екатеринбургу.

— Вам надо взять в автобусе микрофон и говорить только через него, — инструктировали меня.

Зачем микрофон? В автобусе нас, русскоязычных, находилось полтора десятка человек, а экскурсия требовалось одному Лоссерталесу. Не проще ли просто подсесть к нему на соседнее кресло и начать рассказывать. Чтобы не пахло показухой.

— Нет, — останавливали меня. — Так решили наверху.

Обошлись-таки без микрофона. Но только после того, как распорядился лично Мишарин. Без него взять ответственность на себя чиновники не решились.

Сие мелочь. Но мелочь показательная. Во время проведения экскурсии эти люди, сопровождавшие Лоссерталеса, сильно нервничали. Не решались вступать в обсуждение каких бы то ни было вопросов без соблаговоления первых лиц, рисковали прикоснуться к разложенным в тарелки бутербродам до тех пор, пока к ним не притронутся старшие по должности. Безропотно снесли ситуацию, когда в одном из помещений им не хватило кресел-стульев. Они так и стояли вдоль стенок, пока первые лица продолжали разговор. Не высказали удивления, а тем более возражений, когда при посещении очередного объекта кого-то из них не пустили в комнату, где шла презентация. Некоторые чиновники тогда осталась за закрытыми дверями. Мне это показалось, по меньшей мере, странным. Окружающим, по-моему, вряд ли.

Все это выглядело нелепо, нарочито и безвкусно. Как, по-видимому, выглядит в этой среде всегда.

Смешно думать, будто г-н Лоссерталес не заметил нелепости всего происходящего. Промолчать — не значит не заметить. Для него, воспитанного на европейских ценностях (одна из которых — уважение к человеку, признание его равным себе), чеховский тезис о необходимости постоянно «выдавливать из себя раба» куда более значим, чем для нас.

И какие выводы следуют из всего сказанного?

Да, наверное, никакие. Просто сразу же после экскурсии стало как-то необычайно легко и свободно на душе. Можно было вернуться к привычной жизни — нормальной, естественной. Когда не надо постоянно, ежеминутно беспокоиться, как бы не сотворить чего лишнего.

«Каждый выбирает для себя женщину, религию, дорогу…»

Это, если помните, из Юрия Левитанского. Лучше не скажешь.

novayagazeta.ru