Skip to main content

«Рассвет» затягивается

В Свердловском областном суде возобновились слушания по делу «полковника Хабарова» или так называемых «уральских мятежников». Невнятность обвинений и доказательной базы уже никого не удивляет, процесс изначально называют «шизофреничным», т.к. линия обвинения строится на словах человека, признанного душевнобольным. Рассмотрение дела откровенно затягивается. Заседания идут с большими перерывами и длятся по паре часов в день. За полтора года в СИЗО инвалид 2 группы полковник Хабаров несколько раз тяжело переболел. Однако суд решил оставить его под стражей до вынесения приговора.

Все трое «мятежников»: пенсионер Ладейщиков (охранник одного из монастырей), заслуженный изобретатель России Виктор Кралин и легенда ВДВ полковник Хабаров уже допрошены. Внятных доказательств причастности первого коменданта Саланга Леонида Хабарова к «подготовке вооруженного мятежа в Екатеринбурге с целью свержения конституционного строя РФ» так никто и не увидел.

Перед началом допроса полковник Хабаров обратился к тройке судей со словами: «Судите нас не по понятиям, а по Закону». Вину полковник категорически отрицал и требовал прекратить незаконное уголовное преследование. Причиной своей опалы он считает участие во Всероссийском офицерском собрании и последующее участие в движении «Народное ополчение им. Минина и Пожарского», которое возглавлял полковник Квачков. Последний был арестован еще в декабре 2010 и обвинен в «подготовке мятежа». Спустя полтора года, в июле 2011, в Екатеринбурге «предотвратили» еще один «мятеж», тогда же арестовали полковника Хабарова. С другими обвиняемыми, Ладейщиковым и Кралиным, полковник Хабаров виделся мельком пару раз.

Напомню, суть обвинения сводится к версии, что 2 августа 2011 года в Екатеринбурге должен был «произойти государственный переворот». Операция называлась «Рассвет». «Сподвижники Квачкова» из «Народного ополчения Минина и Пожарского» ранним утром планировали взорвать ТЭЦ, уничтожить руководителей МВД, ФСБ, МСЧ, лидеров еврейской, армянской и других диаспор, а потом дождаться помощи из других регионов и пойти на Москву. Роль лидера была отведена Александру Ермакову, но у него диагностировали шизофрению, и главным обвиняемым стал бывший начальник института военно–технического образования и безопасности УрФУ Леонид Хабаров. Финансировать «мятеж» якобы собирался изобретатель Виктор Кралин. По версии следствия, он должен был продать патенты на свои изобретения и договориться о финансировании «уральского мятежа» с послом Венесуэлы в Беларуси.

План «Рассвет» был написан под диктовку шизофреника Ермакова бывшим офицером Олегом Горбачевым, которого Леонид Хабаров открыто называет провокатором. (см. «Новую от 23.10012) http://www.novayagazeta.ru/inquests/55077.html

Во время допроса главного обвиняемого в деле о «мятеже» зал был полон. Когда герой афганской войны из клетки пытался доказать, что «он не верблюд», у боевых друзей и бывших подчиненных Хабарова сжимались кулаки, а с уст слетали крепкие выражения. У присутствующих в зале женщин текли слезы, и они даже не пытались их скрывать. Судьям было откровенно скучно слушать речь полковника, а гос. обвинитель — старший лейтенант — раскачивался на стуле. Вопросов ни у судей, ни у прокурора к боевому полковнику практически не было.

Не смотря на явный абсурд ситуации, на открытые действия в защиту полковника Хабарова решаются немногие. В большинстве своем общественные и ветеранские движения молчат. Еще в сентябре 2011 года родственники и друзья полковника совершили автопробег Екатеринбург–Москва. Автоколонна с флагами «За полковника Хабарова» доехала до приемной Президента и сын полковника Дмитрий Хабаров, зарегистрировал коллективное письмо — обращение к руководству страны с просьбой обратить внимание на ситуацию и изменить меру пресечения инвалиду 2 группы полковнику Хабарову. Как принято, в ответ пришли формальные отписки. Обращение спустили вниз по инстанциям, и оно вернулось в прокуратуру Свердловской области.

В ноябре 2012 десантники 100 ОРР (отдельной разведывательной роты), которые в середине 70–х служили под командованием Хабарова, совершили восхождение на святую гору Афон в Греции, посвятив покорение вершины дню военной разведки и освобождению своего командира. Один из покорителей горы Афон, ныне адвокат Московской коллегии адвокатов Сергей Кухаренко обратился к Президенту со словами: «В нашем правосудии процветает обвинительный уклон. Для того чтобы его убрать, Президенту необходимо снять трубку и позвонить Председателю Верховного суда, поэтому товарищ Верховный Главнокомандующий, я прошу Вас снимите трубку и позвоните».

А пока этого не произошло, суд продолжил рассмотрение дела в Новом году.

На заседании 15 января, обвинение изучало очередное вещественное доказательство — рабочую тетрадь полковника Хабарова. В ней обращения к администрации Екатеринбурга и листовки в защиту полковника Квачкова.

«Выступали мы на разрешенных администрацией митингах, эти листовки там раздавали. Какие проблемы?» – произнес подсудимый Хабаров.

Все остальные вещественные доказательства «мятежа», представленные обвинением во время слушаний, были аналогичными: коробки из-под сотовых телефонов, карта Свердловской области, блокноты и тетрадки.

Так же адвокатам «уральских мятежников» была предъявлена армейская аптечка с «Промедолом», изъятая во время обыска дома у отставного полковника. Найденная аптечка инкриминируется как незаконное приобретение, хранение и приготовление к сбыту наркотических веществ. Промедол — препарат от болевого шока, который выдают солдатам и офицерам во время боевых действий.

Хабаров уже неоднократно пояснял, что еще в 1980 году, когда он был тяжело ранен в Афганистане, аптечку дал врач, и она хранилась, как память о войне. Однако следствие продолжает утверждать, что шприц–тюбики — это наркотик, который Хабаров собирался сбыть, обезболивая «раненых при мятеже». Заметим, что срок хранения промедола всего 3 года, и применять в ходе «мятежа» препарат, срок годности которого истек 20 лет назад, как минимум, странно.

Приглашенный эксперт сухо отчиталась: «Гидрохлорид промедола присутствует, но срок годности с помощью экспертизы мы определить не можем».

На заседание, в качестве свидетеля был приглашен бывший сокамерник Кралина, который, по словам изобретателя, оказывал на него психологическое давление и убеждал написать явку с повинной в августе 2011 года. Интересная деталь: приглашенный свидетель находился в СИЗО в одной камере с так называемыми «первоходами», сам при этом уже имея несколько судимостей, хотя по закону таким образом в СИЗО «расселять» не принято, поэтому Кралин считает, что свидетель был специально подсажен в камеру. Однако ныне уже освобожденный свидетель на все прямые вопросы Кралина отвечал, что ничего не знает и давления не оказывал. В вызове в суд других свидетелей, которые могли бы подтвердить факт давления, Кралину было отказано. За полтора года пребывания в СИЗО заслуженный изобретатель России, а по версии следствия — «главный финансист» мятежа», узнал много нового о себе и для себя. Теперь он пишет стихи и философскую книгу о принципах устройства Мира.

P.S. В то время, когда следствие упорно обвиняет полковника Хабарова в «измене Родине», жюри Шестого Всероссийского кинофестиваля документального кино «Человек и война» (Екатеринбург) единогласно присудили Леониду Васильевичу Хабарову приз «За мужество и гражданскую позицию». Наградой имени дагестанского журналиста Абдуллы Алишаева, убитого в результате теракта, полковник Хабаров удостоен, как герой документального фильма «Повесть о настоящем Солдате».

 Каринэ КИРОГОСЬЯН,

«Новая на Урале», Екатеринбург

novayagazeta.ru