Skip to main content

Метод Хича

Кажется, мы дождались того момента, когда в кинематографическом забеге с популярными сегодня ремейками поравнялись фильмы-биографии. Возможность делать тенденциозные выводы о том, хорошо это или плохо, предоставим нашим последователям, а за анализ текущих новинок возьмемся сами. На минувшей неделе на отечественные экраны вышла картина британского режиссера Саши Джерваси «Хичкок». И мы не смогли позволить себе ее пропустить.

1959 год. После работы над триллером «На север через северо-запад», знаменитый голливудский режиссер Альфред Хичкок (Энтони Хопкинс) в поисках нового сценария. Мысли о самоцитируемости и многочисленных повторах не дают Хичкоку покоя, пока в его руки не попадает роман Роберта Блоха «Психо», от которого воротят нос практически все представители американской киноиндустрии. Режиссер с большим рвением берется за новый материал, не жалея ни денег, ни сил собственной жены Альмы Ревиль (Хелен Миррен), которая после краткосрочных опасений все же берется помогать мужу в реализации одной безумной идеи. Чтобы выпустить фильм в прокат, Хичкоку предстоит заложить дом, пройти через въедливых цензоров и усомниться в прочности собственных брачных уз. Но ради известного финала, можно пройти через любые испытания.

Если говорить откровенно, «Хичкок» не совсем биография: взяв за основу документальную книгу Стивена Ребелло, создатели фильма представили только кусок огромного пирога, отдельный эпизод из жизни знаменитого режиссера. Однако наметить штрихами предположительный масштаб всей композиции удалось не до конца. Ограничившись сценами вуайеризма, разговорами с вымышленным героем «Психо», увлечением шоколадными конфетами и фигуристыми блондинками, Саша Джерваси не углубляется в специфический образ режиссера, а довольствуется растиражированным портретом авторства Энтони Хопкинса. Хочется большего. Внутреннему миру Альме Ревиль в картине, кажется, уделено гораздо больше места. Складывается впечатление, что во всей этой истории режиссеру картины интересен не столько Хичкок, сколько его супруга: он пытается дать объяснения ее привязанности к писателю-пустомеле и покупки красного купальника. И это было бы совсем неплохо (что широкой публике известно, какой была Альма Ревиль?), если бы не фамилия в названии, напоминающая, кто в доме хозяин. 

«Хичкок» очень грамотно и без особой навязчивости создает атмосферу 50-х годов как сюжетно, так и композиционно. В плане последнего картина накладывает модную наивность стилизации на внесценические монологи самого Хичкока и представляет собой намек на связь с сериалами. Но стал ли «Хичкок» ответом телевизионному жанру, или, наоборот, вобрал в себя лучшие из его традиций, не очень непонятно. Ясно одно: налет изящества в лице Скарлетт Йоханссон (в роли Джанет Ли) и Джессики Бил (в роли Веры Майлз) и отсутствие признаков характерного для короля саспенса триллера создают «мягкую» версию жизни одного из самых необычных режиссеров всех времен и народов. Настоящий Альфред Хичкок, дирижирующий под пронзительные крики кинозала, вырывается наружу лишь на несколько минут.  

Екатерина КУСТАРЁВА, 

"Новая на Урале"

novayagazeta.ru