Skip to main content

А что в рецепте?

То, что происходит вокруг медицинского сообщества, в последнее время напоминает детскую игру в глухой телефон. Информация о новом приказе Минздрава, который должен вступить в законную силу уже 1 июля, все чаще становится несообразной и даже абсурдной. Предполагается, что врачи будут указывать в рецептах только названия лечебных веществ, а фармацевты станут навязывать нам дорогие препараты. В спорах между противниками и сторонниками вырисовывается картина масштабных перемен. Может, не так страшен черт, как его малюют?

Новые старые правила

Начать стоит с того, что фактически порядок заполнения графы «Rp.» претерпел несущественные изменения. Согласно приказу Минздравсоцразвития России от 20 января 2011 года, в скором времени в рецепте на латинском языке будет указываться наименование лекарственного препарата, зарегистрированного в Российской Федерации, в виде международного непатентованного или химического, либо торгового названия, а также его дозировка. Действующий же на сегодняшний день порядок назначения и выписывания лекарственных препаратов, изделий медицинского назначения и специализированных продуктов лечебного питания, закрепленный в приказе от 12 февраля 2007 года, предполагает, что в рецепте на латинском языке должно быть установлено международное непатентованное наименование, торговое или иное название лекарственного средства. Таким образом, новый закон лишь разграничит понятия «лекарственное средство» и «лекарственный препарат», первое из которых является более общим понятием, а второе обозначает средство в виде определенной лекарственной формы (таблетки, мазь, порошок и т. д.). Получается, что международное непатентованное название (читай: наименование действующего вещества лекарственного средства с химической номенклатурой) в принципе должно быть в ходу и в настоящее время. Отчего тогда вдруг возникло такое дикое оживление, не совсем понятно.

По словам бывшего заместителя министра здравоохранения Свердловской области по фармацевтической деятельности, преподавателя кафедры управления и экономической фармации фармацевтического факультета УГМА Нины Павловны Муратовой, новый приказ стал очередным шагом на пути стандартизации и рационализации процесса медицинской помощи. «С 2005 года все рецепты для льготников выписываются только по такому принципу, с указанием МНН лекарственного средства, — рассказывает Нина Павловна. — Новый приказ не стал для медиков большой неожиданностью». Преподаватель фармацевтического факультета объясняет, что при отсутствии МНН лекарства, врач должен будет указать в рецепте его группировочное наименование, и только в том случае, когда у препарата будет отсутствовать и первое, и второе, — его торговое наименование. При условии назначения во врачебном рецепте МНН лекарственного средства, эстафету должен будет принять фармацевт, который предоставит на выбор покупателя все имеющиеся в аптеке препараты, содержащие необходимое вещество.

К чему готовиться?

В первую очередь, приказ создан для того, чтобы пациенты могли выбирать лекарственное средство по своему карману. Однако в стремлении заполучить препарат по более низкой цене, покупатель может забыть о собственном здоровье. «С одной стороны, большинство нуждающихся в лечении граждан в нашей стране до сих пор обладает низким уровнем знаний в области фармакологии, а значит, желание разбираться во всех свойствах лекарства перед покупкой чаще всего отсутствует, — рассказывает Н. Н. Муратова. — С другой стороны, некоторые пациенты не хотят привыкать к новым препаратам — появившаяся возможность выбора отпадает из-за ненадобности». Отдельные противники таких правил считают, что невысокий уровень фармацевтических знаний характерен не только для пациентов, но и для самих врачей. «А как же вспомогательные вещества?  — пишет на одном из интернет-форумов пользователь по имени Daemond91.  — Врачу что, все рецепты в расширенной форме выписывать? Так не все умеют».

Экономия на здоровье

«То, что дорогие лекарства качественнее лекарств по более низкой цене,  — это стереотип, родом из 90-х годов, как и то, что препараты отечественного производства хуже импортных препаратов,  — уверена Нина Павловна.  — Рынок качественных лекарственных средств постоянно увеличивается. На сегодняшний день 60 из 100 процентов отечественных лекарственных препаратов соответствует международному стандарту GMP («Good Manufacturing Practice»  — надлежащая производственная практика  — прим. ред.). Согласно Федеральному Закону «Об обращении лекарственных средств», с февраля 2014 года все российские производители фармацевтической продукции должны будут перейти на международные стандарты качества».

Несмотря на это, ситуацию усугубляют так называемые дженерики, лекарственные препараты, как правило, продающиеся по МНН и не обладающее патентной защитой, либо препараты, защищенные патентами и выпускающиеся по принудительной лицензии. Хотя среди пациентов и существует мнение, что такие лекарственные средства не отличаются от оригинальных эффективностью, известно, что уровень качества дженериков часто ниже качества брендовых лекарств. «Другие вспомогательные вещества, отсутствие клинических испытаний делают дженерики не очень надежными лекарственными средствами,  — рассказывает фармацевт одной из аптечных сетей Екатеринбурга Наталья Николаевна Земдиханова,  — но дженерики значительно дешевле оригинальных препаратов». Получается, что цена на лекарственные препараты все-таки играет роль, пусть и не очень значительную.

Кто виноват?

По словам аптечного работника, тот факт, что МНН может быть одно, а торговых наименований всегда будет много, значительно усложнит работу фармацевтов. «Каждые 5 лет мы проходим обязательную сертификацию, постоянно принимаем участие в обучающих программах, что позволяет быть в курсе фармацевтического рынка  — рассказывает Наталья Николаевна.  — Будем стараться предоставлять всю информацию, но в конечном итоге выбор все равно останется за покупателем».

Потребители лекарственных средств в то же время опасаются, что из-за вспомогательных веществ разных по составу препаратов могут возникнуть побочные эффекты. Таким образом, чтобы избежать неблагоприятных последствий, пациент обязан четко знать, что его организму, скорее всего, «не понравится». А с учетом того, что разные побочные эффекты могут быть и у одного и того же лекарства, вероятность этого знания практически сводится к нулю. Одна надежда на фармацевтов и рекомендации врачей. Кстати, кто будет отвечать в случае негативных последствий от принятия того или иного препарата  — тоже не очень ясно. Врач, который указал в рецепте МНН, фармацевт, который порекомендовал лекарственный препарат, или сам покупатель, который оплатил выбранное лекарство?

 Еще одной, кажется, самой главной задачей станет лишение врачей заинтересованности в рекомендации определенного лекарственного препарата, которая возникает при так называемом сотрудничестве медработников с фармацевтическими компаниями. К январю 2014 года Минздрав обещает разработать федеральный закон, устанавливающий административную ответственность медработников за несоблюдение этих требований. Тех, кто будет продолжать выписывать рецепты на лекарства в соответствии с их торговыми наименованиями по привычке или намеренно, ждут штрафы. Однако на данный момент известно, что контроль соблюдения правил будет осуществляться уже по факту, то есть после назначения рецепта  — «за руку», как обычно, никто никого ловить не собирается. Остается надеяться, что все эти меры будут работать все-таки на благо, а не во вред.

Екатерина КУСТАРЁВА,
«Новая на Урале»

novayagazeta.ru