Skip to main content

КАРТИНКИ НЕ С ВЫСТАВКИ

или Почему нам так трудно понять психологию индийцев

Из Индии я возвратился совсем больным.

Что меня доконало, не знаю. То ли изнуряющая под сорок градусов жара, то ли экзотическая по нашим меркам еда, сдобренная всевозможными специями, от которой во рту пляшут тысячи маленьких дракончиков. А может, виной тому с особым привкусом вода, совершенно не похожая на вкус воды в тех местах земли, где доводилось бывать.

Слава богу, все оказалось не фатальным.

В Индию, наверное, хорошо ездить на отдых. Лежать где-нибудь на золотистом песочке подле ласковой нежно—голубой океанской воды и лениво приглядываться к местной жизни.

Не знаю, не пробовал.

Я оказался в Индии совсем не с целью отдыха. Благодаря поддержке родного университета, довелось участвовать в крупной научной конференции по вопросам массовой информации, проходившей в городе Хайдарабаде и собравшей 800 экспертов со всего мира. Конференция была увлекательной, но, но, как и положено, специализированной. И потому рассказывать о ней в газете скучновато.

Куда как интереснее — вспомнить наиболее яркие впечатления о самой Индии. Благо, она по-прежнему остается для нас страной экзотической. Однако вспомнить их не ради экзотики, а, прежде всего, для того, чтобы озвучить простую, но очень важную для нашего времени мысль: мир очень разный, чтобы подходить к его восприятию с одномерных позиций. Но какой соблазн воспринимать этот мир утилитарно! Особенно, когда мы сталкиваемся с фактами и явлениями, противоречащими привычной для нас системе ценностей, мыслей, чувств.

В Индии отсутствие привычной истины видишь на каждом шагу. Потом начинаешь понимать: и это, оказывается, бывает в жизни, и то… Была бы возможность, я бы непременно отправлял в Индию всех «патриотов» и мастодонтов от политики. Дабы они убедились на здешних примерах, что нет правильного взгляда на «ход вещей», что все зависит от того, как посмотреть.

Индия дает блестящие примеры непривычного для нас течения жизни. Именно это побуждает меня рассказать о том, что видел. Посредством обычных картинок с натуры.

Разговор на остановке

Стою на остановке, жду автобуса. Жара, в воздухе смрад от десятков различных запахов, вокруг столько грязи и мусора, что ощущение, будто ты в центре большой помойки. Здешняя улица и в самом деле гигантская помойка, по которой передвигаются тощие коровы, лениво жуя… пластиковые бутылки.

Привычный пейзаж для всех индийских городов.

Тут же, возле остановки, сидит тощий маленький человек. Он сидит на какой-то рваной тряпке, обложенный со всех  сторон мусором. Человек по-доброму рассматривает каждого прохожего.  Рядом, подогнув под себя давно немытые ноги, примостилась женщина, греющая воду на какой-то комфорке. Поодаль играют худющие и оборванные дети.

Этим людям суждено жить на улице. И таких, как они в Индии — десятки миллионов. Здешняя нищета потрясает воображение.

— Это ваша семья? — спрашиваю у человека.

— Да, — отвечает он, все также искренне улыбаясь.

— А сколько у вас детей. — продолжаю разговор.

— На этой неделе было шестеро.

— ?!

Ну да, — уточняет еще раз этот тощий человек, — было шестеро. Но один из наших детей несколько дней назад ушел и пока не вернулся. Если он не вернется — не беда, мы с женой родим еще детей.

И он снова одаривает меня своей белоснежной улыбкой.

Вы можете примерить эту ситуацию на себя? Я — нет. Но здесь, в Индии, огромное число людей живет по принципу: бог дал, бог взял. И снова дал.

Бог справедлив, считают эти люди. Чтобы не случилось с тобой.

Наверное, только с такой психологией и верой можно сидеть в грязи, посреди шумной улицы, и, не имея ничего, кроме подстилки, радоваться окружающему миру.

Мальчик из лавки

В центре гигантского города Хайдарабада с его 9-миллионным населением — миллион торговых лавок. Чтобы обойти их, не хватит многих месяцев. В лавках можно найти все, что угодно: ткани, ковры, золото и серебро, поделки из металла и дерева. То, чем во все времена был славен Восток

Кругом невообразимый гвалт: торговцы неистово зазывают к себе всех тех, кто проходит мимо. И тотчас начинается торг.

Возле одной из лавок суетится мальчик. На вид ему лет восемь. Бойкий, юркий, активно машет руками: дескать, заходите, взгляните.

Убедил.

В лавке ведет дела немолодая женщина. Временами она покрикивает на мальчишку, и тот начинает суетиться еще активнее.

— Это ваш сын? — спрашиваю женщину из любопытства.

Та отрицательно качает головой: «Нет, племянник мужа. Родители от него отказались, сказали, что в деревне кормить его нечем. Ну муж и взял этого мальчишку — чтобы за еду работал. Работает  пока.

— А в школу он еще не ходит?

— Да он уже шесть лет как должен учиться. Это он на вид маленький совсем, а так ему уже 13. Но ни дня не учился.

— Читать-писать умеет?

— Читает по складам, а писать — нет, не может. Да и зачем ему учиться, когда в лавке столько дел?

Женщина, похоже, недоумевает по поводу моих вопросов. Это и понятно: таких, как этот пацаненок, в Индии миллионы. Миллионы тех, кто не ходит в школу и в принципе обречен до конца своих дней на жизнь за горсть риса в день.

Любопытно, но буквально в нескольких сотнях  метров отсюда — огромная территория, где построены и действуют предприятия по выпуску компьютерной техники и технологий. Хайдарабад считается столицей индийского хайтека, специалисты, занятые в этой сфере, одни из лучших в мире. В западных странах редко встретишь фирму, где бы не работали индийские программисты.

Все так. А по соседству с этой компьютерной Меккой — подростки, не знающие грамоты. Зазывающие в лавки и рестораны, перетаскивающие в гостиницах тяжелейшие саквояжи туристов, чистящие грязную обувь прохожих. Хорошо, если за копейки, а иногда и просто за тарелку жидкой похлебки.

Почувствуйте разницу, как говорится.

Мы часто повторяем в России, что наше население живет небогато. Однако по сравнению с большинством индийцев мы здесь — чуть ли не миллионеры. В Индии стоит побывать хотя бы для того, чтобы осознать это.

Коровьи права

Несмотря на ужасающую нищету, жизнь в индийских городах не просто теплится — бурлит. Особенно впечатляет гигантский, не замедляющий свое движение ни на минуты поток транспорта. По центральной проезжей магистрали Хайдарабада машины едут в четыре ряда вместо положенных трех (если судить по дорожной разметке). Едут, так плотно, что практически касаются друг друга боковыми зеркалами.

Вой клаксонов, ругань водителей, незатихающий ни на секунду скрежет мототележек, используемых под такси и называемых здесь «тут-тук» — все это смешивается воедино и, как плотный воздух, стоит над городом.

И вдруг вся эта машинная прорва встает как вкопанная. Навстречу потоку, откуда не возьмись, движется стадо коров.  

Корова в Индии — животное священное. Ею нельзя понукать, ее нельзя бить, и даже дотрагиваться до коровы можно степенно, без резких движений.

Коровы уверенно приближаются к машинам. Водители начинают сдавать в бок, высвобождая пространство для прохода. Но из-за скученности транспорта у них попросту нет возможностей для маневра.

Стадо же не останавливается в своем движении, и вот первая корова уже врезается между узкими машинными рядами, за ней вторая.

Наш старенький «Форд» в буквальном смысле трещит и под воздействием коровьего напора сдвигается вбок. Ему везет больше, чем соседнему «Рено»: тот сжимается с двух  сторон.

Вокруг дикий скрежет металла. Все увиденное напоминает кадры фильма «Парк Юрского периода». Помните, как огромные динозавры крушат припаркованные машины…

Наш «помятый» водитель при этом только улыбается и непринужденно машет рукой.

— Всякое живое имеет право на свободу, — изрекает он. Его, похоже, не волнует внешний вид своего авто. Главное, что корова цела и даже счастлива

Надо все-таки долго прожить в Индии, чтобы принять эту формулу жизни. Туристу этого не понять никогда.

Нищие

Возле любой достопримечательности, да и вдоль дороги — толпы нищих и попрошаек. Стоит остановиться и они тотчас окружают тебя, клянчат «бакшиш».

Ты их шугаешь, а они все следуют за тобой.

То же самое, когда едешь в машине. Стоит ей остановиться, и вот люмпены уже здесь, стучат палками в окно: дай, дескать, что-нибудь.

Изрядное число таких попрошаек — женщины. Обращает на себя их схожий внешний вид: на руках золотые кольца, браслеты — в огромном количестве. И это нищенки?

Водитель такси неопределенно пожимает плечами:

— Да вы не смотрите на золото, оно у нас очень дешевое. Видите, какой у него яркий цвет. Поэтому и стоит ерунду.

Кто такие нищие в нашем понимании? Те, кто нуждается в самом необходимом, кто недоедает. В Индии ежедневно ложатся спать голодными от 200 до 300 миллионов человек. Так сказали мои здешние коллеги — из числа участников конференции.

Впрочем, со статистикой в этой стране полная беда. Никто не знает, сколько в действительности в Индии больных и бездомных. Народ рождается столь стремительно, что вести детальный учет невозможно. Разве только с погрешностями в десятки миллионов человек. Соседний Китай — полный антипод Индии, там все выражается в точных категориях. Индия же — сплошные условности.

Многое, как мне кажется, идет от характера нации. Китайцы активны и предприимчивы, ставят перед собой четкие цели и добиваются их. Индийцы же в большинстве своем готовы жить как придется, нищенствовать, недоедать, но при этом не усугублять свое бытие построением планов на жизнь. Пусть та идет, как идет.

Особая философия.

Демократия по-индийски

Во время беседы со своим коллегой из университета Хайдарабада, профессором Санджеем, разговор зашел об индийской демократии.

То, что в этой стране действует парламентская форма правления и законодательные органы штатов — общеизвестно. Как и то, что в Индии достаточное число политических партий. Так что по формальным признакам ситуация здесь не хуже, чем в любой европейской стране. Другое дело, что со словом «демократия» не очень вяжется весь здешний «порядок вещей»: и строгая иерархическая система, влияющая на всю окружающую жизнь и не позволяющая представителям низших каст претендовать на «место под солнцем», и высоченная коррупция, и жуткая нищета вкупе с отсутствием минимальных социальных гарантий для сотен миллионов людей.

Все это как-то не укладывается в обыденном сознании европейца с привычной для него «формулой демократии».

Но если посмотреть на эту же ситуацию глазами индийца…

— Наша страна не решила проблему бедности, — сказал в разговоре Санджей. — Зато оно позволяет каждому в известной мере абстрагироваться от государства. У нас два десятка государственных языков, у нас несколько религий. У нас, наконец, множество богов. И каждый может поклоняться тому, кому хочет. Разве христианство более демократично в этом отношении? И разве Европа, оказавшаяся не в состоянии создать устойчивые духовные ценности, более жизнеспособна в своем развитии, чем Индия?

Мне трудно возразить Санджею.

— Принципы демократии в Европе потерпели крах, — уверенно продолжает он. —Ее постоянно будоражат разные конфликты. В Индии ничего такого нет. Мы уважаем право каждой национальности на изучение и распространение своего языка, культуры. Разве это не гарантия развития демократии?

И вновь отступает привычная логика восприятия мира. Для индийцев демократия — это не когда все граждане социально защищены, а когда все они уравнены в своих правах на духовные ценности общества. Государство же, по существу, не вмешивается в личную жизнь граждан. Вы можете вообще не иметь крыши над головой и спать на подстилке под густо-синим небом Хайдарабада, и никто вас пальцем не тронет. Не вызовет полицию, не уведет в каталажку.

Все это и есть демократия по здешним меркам, предполагающая, прежде всего, уважение права индивида на личную жизнь и отсутствие в обществе негатива к тем, кто по тем или иным причинам оказался на обочине жизни. Иными словами — толерантное отношение к соседу, какой бы национальности или вероисповедования он ни был.

На фоне многих других стран и культур эта формула здесь работает.

Невозмутимые «погранцы»

Нигде я не видел таких мер безопасности, как в индийских аэропортах.

Вас даже не пустят в здание терминала, если у вас при себе не окажется распечатки авиабилета. Уже в аэровокзале к вам может в любой момент подойти невозмутимый охранник в светло-горчичной униформе для проверки ваших документов и багажа. Когда у меня на ручной клади не оказалось бирки (забыл прикрепить), «погранцы» погнали меня проходить всю проверочную процедуру вновь. Едва не запоздал на самолет. Еще пять минут, и он бы, не задумываясь, махнул мне своим крылом.

Конечно, индийцы напуганы терактами, случившимися в их стране шесть лет назад. Тогда, в городе Мумбаи, погибло около 200 человек. И сегодня во всех общественных местах страны прохаживаются государевы люди с автоматами.

У нас бы сняли охрану атакованного объекта через неделю-две после случившегося. В Индии с годами только усиливают всевозможные меры безопасности, причем повсеместно.

Здесь так важна ценность человеческой жизни? Помилуйте. На Востоке вообще куда как более философично само отношение к смерти, чем в западных странах. Во многом благодаря религии. Индуизм и его духовные ответвления рисуют куда как более идиллические представления о загробном мире, чем христианские религии.

Тогда в чем же дело?

— В нашей стране соединились десятки совершенно разных культур, — сказал мне Рави, университетский преподаватель. — И в случае общественного ЧП, есть вероятность, что массовый гнев перекинется на одну из них. Это опасная штука. Мы не хотим, чтобы и без того хрупкий мир согласия в Индии рассыпался на кусочки.

Когда реальность формируется не только усилиями государственной машины, но покоится на духовной идее, ощущаемой нацией, есть вероятность, что сама нация становится более зрелой и уверенной в себе. Нам в России точно пока недостает этого.

Вместо послесловия

И что следует из всего сказанного выше?

Ровным счетом ничего. Кроме того, что в Индии своя жизнь, совершенно непохожая на нашу. Некоторые, кстати, привыкают к ней достаточно быстро — на юге Индии, в штате Гоа, что рядом с океаном, обосновалось довольно большое число иностранцев, в том числе и наших соотечественников. Живут, радуются солнышку и буйной растительности, цветущей, кажется, во все времена года.

Наблюдая за той или иной новой ситуацией, привык накладывать ее на уже привычный для меня фон. А в Индии все другое: отношения между людьми, климат, понимание каждым своего предназначения на этой земле. Совместить все это с привычными основами бытия и культуры — невозможно.

Может, все это в конечном итоге и подкузьмило мое уральское здоровье? Предупреждал же еще давным-давно индийский классик Рабиндранат Тагор: «Как бы не впасть в отчаяние, путешественник, при виде того, что окружает тебя в моей стране».

Дмитрий Стровский,
профессор департамента «Факультет журналистики» Уральского федерального университета

Равви — преподаватель из университета г. Хайдарабада, добрый и открытый человек. Он помог мне лучше понять Индию и предостерег от совершения глупостей. Например, от употребления пищи, которую европейцу кушать не стоит. Ну если твое здоровье тебе все-таки дорого.

Рынок в Индии — это не просто место, где продают и покупают товар. Это зримая часть жизни для многих людей. Даже  в будние дни здесь негде упасть яблоку. Здесь вам за несколько секунд могут обчистить карманы, а могут что-то подарить. Просто так, за красивые глаза. «Восток — дело тонкое», — говаривал красноармеец Сухов. Вот-вот.

На таких «пятачках» проходит повседневная жизнь сотен миллионов индийцев. Здесь они готовят пищу, спят, воспитывают своих детей, обсуждают текущие проблемы, зарабатывают деньги. С нашей колокольни все это кажется невообразимым. Надо лишь осознать, что на свете бывают иные культуры по сравнению с твоей собственной.

Коровы в Индии на каждом шагу. Они все тощие и жилистые – вероятно, от недостатка еды. Многие животные бродят по помойкам и жуют мусор, какой попадается на глаза. Как при этом эти коровы умудряются давать молоко — уму непостижимо.

novayagazeta.ru