Skip to main content

Турист

Георгий Александрович Малелин — заслуженный путешественник России. Исколесил пол континента: от Таймыра до Будапешта. Передвигался то «дикарем», то на самоходке. Попутно брал города и спортивные звания. Кроме того, одинаково умело работал с твердой породой и с коллективами.

Сегодня Георгий Александрович передвигается при помощи трости. Дальние переходы совершает только по памяти. К этому располагает обстановка квартиры: много фотографий, медалей и камней. Почти из каждого похода Малелин привозил минералы и мастерил из них шкатулки и горки. Многое раздал. Но гораздо больше подарил всем нам: здоровье и Победу.

Шалопай

Мать, Ольга Васильевна Панова, выступала на всесоюзной Спартакиаде в составе свердловской команды по плаванию. В 20-30-е годы руководила самодеятельностью в клубе «Профинтерна». Где-то там, на творческой почве сошлась с мужчиной. Жора родился 21 декабря 1925 года. Отца видел раз или два, не больше. С детского сада жил с отчимом — пограничником Сергеем Павловичем Челышевым. Впоследствии тому предстояло готовить под Москвой радистов, забрасываемых в тыл врага…

Мальчуган сменил несколько школ. В конце 38-го пошел заниматься в младшую футбольную группу на стадион «Локомотив». За два года успел поиграть на всех позициях. Но особенно ценился как вратарь. Вот только беда была в маленьком росте.

— Бывало, и в ноги бросался за мячом, — вспоминает Георгий Малелин. — Мне даже нос как-то сломали во время особо жаркой игры.

С детства полюбил походы — исходил Палкино и Калиновку. Как-то раз ехали с пацанами с озера Шарташ. Подъехали к углу Толмачева, глядь, толпа у репродукторов стоит. Послушали Молотова, а через два дня пошли всей дворовой толпой в военкомат. Юнцам дали от ворот поворот.

Отучился 7 классов. Признается, чего и говорить, был сорванцом. Однажды, как раз Пасха была, сходил и накупил всякой туши. На перемене с друзьями скрутили какого-то бедолагу из другого класса, положили на стол, стянули штаны и залили оголенное тело тушью. Как водится, было разбирательство у директора. Поругали, конечно.

— Давай, чтоб неделю тебя в школе не было.

Жора вышел из кабинета и прислонился к двери. И услышал хохот, вперемешку со словами:

— Ну, какой он молодец…

Отбывал «ссылку» у тетки в деревне Березовка. Потом вертался.

— А, шалопай едет, — встретил школьный директор опоздавшего парня.

Хулиган на следующий день пошел на Уралмаш проситься на работу. Но приткнуться туда не получилось. Вскоре у его дома расположился эвакуированный из Ленинграда цех боеприпасов. 22 сентября Малелин вышел туда работать (во вторую смену) учеником слесаря.

До февраля 1943-го работал и токарем, и фрезеровщиком. На обеде в токарном цехе услышал об отборе работников завода на фронт. Георгий, у которого была бронь, стал отпрашиваться со смены. Не отпустили. Он плюнул и сиганул через забор. В кагановическом райвоенкомате выхватил свою карточку с извещением: так и так, хочу на фронт. 5 февраля 1943-го он прибыл в Тюменское пехотное училище №1.

Комары и тело Ленина

Жора попал в третий взвод (В первом был герой одной из наших предыдущих публикаций, Владимир Данилович Кот — прим. авт.). Гоняли основательно. Много лет спустя Малелин посвятил этому времени стихотворение, вобравшее тягости будней: штыковой и рукопашный бой, заготовка дров….

«…Как напряжен учебный день

Подъем! Едва успев обмотки намотать

Команда: Выходи! И все бегом, бегом

И не дай Бог на построенье опоздать…»

Летом спали в лагерных палатках. До того там были кровожадные комары, что на ночь одевали противогазы. Вместо фильтрационных коробок прикладывали марлю, чтобы можно было дышать, не опасаясь гнуса. Кстати, по соседству с училищем располагалось неброское здание. В нем хранили тело Ленина. О знаменитом соседе, пускай и неживом, узнали только после войны.

Училище полностью отправили на фронт. Но Малелина в списках не было. На следующий день его вызвал начальник лагеря. Юноша взбунтовался, и уже стала грозить «губа». В этот момент помог командир роты.

Дубль

Как раз потребовалось 15 человек в воздушно-десантную бригаду для выброски на ту сторону Днепра. Для подготовки всех отправили в город Киржач, рядом с которым позднее разбился Гагарин. В час икс десантников экипировали и вывезли на аэродром. Началось ожидание. Только на третьи сутки им сообщили — выброска отменена из-за сильных ветров. Уже было несколько случаев, когда бойцов выносило обратно, на подконтрольную территорию. Одного подстрелили, приняв за немца.

Малелин заболел, и был направлен в госпиталь в Орехово-Зуево. Оттуда попал на сборный пункт в Раменское, где как раз формировалась маршевая рота. Распределили в лыжный батальон на Западном фронте. Сначала везли поездом. Два дня шли своим ходом. И у старой станции получили приказ держать оборону. Где-то там, под Оршей, был ранен и через Москву снова оказался в Орехово-Зуево. На этот раз в Раменское приехал «покупатель» из 15-й танковой бригады.

Во Владимире учился на младшего механика-водителя Т-34. Но через месяц привезли на обучение поляков, создававших армию. Саныча отправили в батальон самоходок СУ-76. Доучиваться и получать машины надо было в Горьком. Вот только его опять оставили. Снова бунт и призрак «губы». Но все-таки он попал в Горький и встал на самоходку, как заряжающий. В 44-м был направлен в Венгрию

«Фотокор»

— По положению, самоходка должна идти на 300-400 метров позади пехоты, чтобы гасить огневые точки противника. Но бывало, что самоходки посылали вперед. А что сделаешь? Начальство стукнет кулаком, ёптыть, убью…

Один раз и вовсе под гусеницей обнаружили противотанковую мину. Благо машина была заглушена, и «сюрприз» обезвредили. Врезался в память и другой случай. Немец оставил на видном месте часы. Красноармеец потянулся и дернул. Остался без руки.

В январе 45-го их самоходка стояла на одной из улиц Будапешта. Люди старались не высовываться — неподалеку стоял «Фердинанд» и всех обстреливал. Малелин выбрался на воздух и стал ходить по ближайшему дому. В подвале жили старики. Когда они стали заходить к себе, Георгий увидал у них на окне советский фотоаппарат «Фотокор».

— Я спрашиваю — откуда ты его взял? — спросил хозяина советский военный.

Венгр ответил по-русски. Оказывается, еще в Первую мировую войну он попал в плен и два года был в России, где и выучил язык. Сказал, что все честно, сын прислал трофей посылкой.

—А у тебя химикаты есть? — не растерялся Жора.

После чего запрыгнул в люк стоявшего поблизости Т-34. Старик щелкнул и быстро изготовил карточку. Герой снимка на радостях показал фотографию товарищам. Таким образом, венгру пришлось снимать всех желающих, даже проходившую мимо морскую бригаду.

Еще одно яркое воспоминание: Саныч как раз загружал снаряды, когда комбат крикнул: «Немцы!» Незамедлительно появилась самоходка противника. С первого залпа оба экипажа промазали. Со второго подбили друг друга. К этому времени в СУ-76 оставалось два подкалиберных снаряда. Часть осколков полетело в гильзу. Она рванула и нашпиговала ногу. Через мгновение еще один взрыв — рикошетом разорвало вторую.

— Вся нога была изуродована.

В госпитале каждые 10-12 дней операция. Правая конечность стало тоненькой — до того ее изрезали. На излечении провел 8 месяцев, в том числе в Югославии. После того, как старший возраст демобилизовали, служил до 1950 года. Последняя часть была в Ворошиловграде, ныне Луганске. Дважды кавалер ордена Красной Звезды участвовал в самодеятельности, чертовски хорошо играл на гитаре и писал в армейскую газету. Ушел старшим сержантом, в должности механика-водителя Т-34.

Физрук

После службы Георгий Александрович вернулся на свой завод, переименованный из «Красной звезды» в «Торгмаш». По весне его вызвал секретарь парткома и поручил создать на предприятии физкультурный коллектив. Очень быстро он был признан лучшим в составе спортивного общества «Буревестник». Малелину присвоили звание почетного члена ДСО, а затем избрали членом центрального совета за достижения на Спартакиадах среди промышленных предприятий.

Параллельно с работой слесаря учился в вечернем техникуме, женился, воспитывал двоих детей. Стал работать в военкомате с призывниками и по партийной линии получил звание капитана. Каждый отпуск — в поход. Его избрали председателем городского клуба туристов и утвердили зам. председателя областного совета по туризму. Еще 5 лет был членом центрального совета.

Судите сами: более 50 категорийных походов. Был на Таймыре, Кольском полуострове, трижды был за Байкалом. Ходил по Печоре, Енисею и был удостоен звания мастер спорта по водному туризму. После гибели группы Дятлова (и еще нескольких случаев) был запрещен самодеятельный туризм. Поэтому стали ходить «дикарями» — не оформляя маршрутных листов. Через год табу было снято. Их клуб был признан первым по стране, а также дважды представлен в павильоне ВДНХ «Труд и отдых».

В конце 80-х Георгий Александрович вышел на пенсию. Сегодня почти не осталось тех, кто колесил с ним по свету. Из 20 парней со двора, ушедших на фронт, вернулось четверо: он, Топорков и братья Маньковы. Погиб лучший друг. Не стало братьев Дубровцевых, ночью нырявших в ледяную норвежскую воду и обрубивших сеть на винтах эсминца — оба умерли в течение 20 дней. Малелин помнит всех этих героев. В стихах и прозе. А значит, должны и мы помнить.

Александр УЙМИН


novayagazeta.ru