Skip to main content

Столкновение цивилизаций

В общем отделении бани №3, что в Екатеринбурге на ул. Долорес Ибаррури, публика всегда самая пёстрая. Я бы даже сказал — интернациональная, но без той пролетарской приязни, присущей давнишним, основанным на идее всемирной революции, сталинским интернационалам. Туда ходят цыгане из ближайшего «цыганского поселка», казахи, киргизы, таджики, узбеки и прочие гастарбайтеры с Сортировки, из района рынка «Таганский ряд, русские жители близлежащих домов и прочие. Однажды я даже видел бригаду худых, как щепки, строительных рабочих из Северной Кореи (спросил, откуда они). В общем, моются там осколки (так и хочется позубоскалить — обмылки) Советской Империи. Я среди них.

Некоторых русских это отчетливо бесит. Бесит, что нерусских так много (а кто вам мешал размножаться?), что они разговаривают не по-русски, что они так же купили билеты и имеют такие же права — хотя бы в бане. А иногда еще нерусские моются в трусах. Это действо для националистов вообще находится за гранью добра и зла — не на стороне добра, конечно. Кажется, они испытывают нравственные страдания, если им мусульманские пиписьки не показывают. С этими мусульманами, в трусах моющимися, ведется настоящая идеологическая война — в основном, силами православного голозадого войска. Чтоб конфликтов было меньше, администрация бани даже объявление на бумажке напечатала и повесила: мыться в нижнем белье (и в трусах) запрещается. Чтоб порядок, значит.

Вот в парилке один толстячок с крестом на груди докопался до нерусского в революционных красных трусах: снимай, мол. Тот тоже не лыком шит: а где, говорит, это написано?! Что за закон такой?

— Снимай, давай! — ярится толстячок. — Все об этом знают!

— Это кто такие «все»? — не сдается краснотрусый. — Я вот не знаю, и вот он (показывает на своего товарища) не знает.

— Это всюду написано, — не унимается крестоносец, — здесь все без трусов ходят!

— А я в трусах хочу, — заявляет сын гор, — за билет заплатил, что тебе еще надо?

— Без трусов надо мыться! — срывается на фальцет православный.

— Где написано!? — ревет в ответ мусульманин.

Не добившись ничего, православный воин парился с обиженным выражением лица, и когда мусульманин вышел, сказал мне:

— А ты чего меня не поддержал?

— Меня тоже ваш православный крестик бесит — я ж не говорил, что вы его снять должны?

Православный ушел, пораженный таким предательством веры. Через некоторое время подошел ко мне и привел, как ему казалось, убийственный аргумент:

— Я ж казак! Мы верующие!

— А я образованный горожанин! Мы, как правило, атеисты. И что теперь?

— Ты же русский! Ты меня поддерживать должен!

— Ну, для меня это новость. Я многих русских не поддерживаю. Путина, например.

Ну, думаю, сейчас начнет извергаться из него обычный бред про пятую колонну, происки ГосДепа и вовсемвиноватыевреи. Но нет. Он, ошарашенный, снова отходит.

А разговор происходит среди льющейся воды, стука шаек, намыливающихся тел и голов, клубов пара из парилки, запахов мочала, мыла и сырых веников.

Через некоторое время, переварив мое критическое отношение к Президенту, типа, всея Руси, казак подходит снова и огорошивает меня очередным аргументом:

— А вот если кавказец на улице будет русского бить, ты же за него не вступишься? — с надеждой вопрошает он меня.

— Вступлюсь быстрее твоего, — презрительно отвечаю я, — даже тренируюсь каждый день, чтобы быть в форме. В отличие от тебя.

С моей стороны, конечно, последняя реплика была ударом под дых, но он честно меня утомил. Я, желая дать ему возможность оправдаться, спросил примирительно:

— Ты же в армии служил?

Он после паузы отвечает:

— Нет.

— А вот если бы служил, — продолжаю я, — ты бы знал, что русские — Имперская нация, которая не собирается в кучки по национальному признаку. Мы несем свет нашей русской цивилизации, науки и культуры всем необразованным народам. Мы должны быть терпимыми, толерантными и дружелюбными ко всем нациям, которые от нас отличаются. Если ты понимаешь, о чем я.

Видно было, как мысли в его голове мечутся, не находя достойного ответа. Он отошел, задумавшись.

Задумавшись. Что дает нам надежду.

Дмитрий ГОЛОВИН

novayagazeta.ru